Моя дочка любит смотреть, как я рисую. Но не что-нибудь, а обязательно милое, детское и то, что она может идентифицировать. Кошку, зайчика, мышку, собачку, медвежонка, яблочко, ягодку... Ну, и в таком духе. 
Ранее у меня не всегда получалось ее порадовать, потому что она явно не может оценить игру теней и света, фактурность линий и прочего, чем автоматически начинаешь заморачиваться в любом рисунке. И если с простыми предметами дело у нас наладилось, то вот с животными было сложнее. Пока к нам из Нью-Йорка не прилетела замечательная книжка. Она, конечно, для детей постарше, чтобы они сами пробовали себя в роли художника. Но и для родителей, чьи малыши любят развлекаться, наблюдая как мама или папа рисуют кошечку или лошадку. 
Самое главное, что картинки настолько просты, что запоминаются с первого раза, так что книжку под рукой можно и не иметь. 

Командировки в небольшие поселки и деревни — занятие рискованное. Главным образом потому, что там нет гостиниц. Нет кинотеатров, интернет-кафе и кафе вообще. И если с утра ты работал, посещал учреждения и бегал по кабинетам в местной администрации, то где и как дожидаться вечернего поезда — непонятно. Это серьезная проблема — выжить командировочному человеку в российской провинции зимой с 17.00 до 23.45. Поэтому мы с фотографом очень обрадовались, когда в очередном районном центре добрые люди пригласили нас на празднование корпоративного Нового года.

Все добрые люди оказались женщинами. Двадцать принарядившихся дам сидели за длинным столом и шепотом спрашивали друг у дружки: «У меня помада не размазалась? Я хорошо выгляжу?» Потом начались тосты: «Дорогие подруги, Россия держится на нас!» Пришел Дед Мороз — Клавдия Степановна. После салатов торжественно и хмуро затянули песни: «Потолок ледяной, дверь скрипучая, за шершавой стеной тьма колючая…» Только затем приступили к горячему и задушевным разговорам. Я, наконец, смогла задать давно мучивший меня вопрос: «Где мужчины?»

Выяснилось, что мужчины неблагополучные давно спились, а успешные уехали в Москву на заработки. В поселке остались старики, женщины и дети. Работают все в бюджетных организациях, смотрят по вечерам сериалы и два раза в год — в конце декабря и на 8 Марта — устраивают себе такие вот вечера. Демонстрируют новые наряды и поют без гармониста о любви.

Фотограф мой пользовался на празднике большой популярностью. Его заставляли принимать участие в каких-то конкурсах, ремонтировать магнитофон и разливать шампанское. Елена Ивановна из пенсионного фонда подарила ему плюшевую игрушку: «Символ наступающего года. На память». Ему даже пришлось танцевать со всеми барышнями по очереди. «Я больше не могу, — шептал он. — Давай куда-нибудь уйдем». Куда? И потом, как же можно вот так взять и уйти, если ты единственный парень на ближайшие сто километров? Сиди, дорогой. Где-нибудь тебе это зачтется.

И он сидел. Улыбался женщинам, на которых держится Россия. В поселке, где все мужчины ушли на войну.

Наталья Радулова, "Огонек", 2008